Глава 6. Буферная зона

Глава 6. Буферная зона

Решать, через какой КПП ехать на север, долго не пришлось. В Никосии существовало всего два перехода для машин - Айос Дометиос на западной окраине и Астромеритис далеко на северо-западе. Элена выбрала первый - он был ближе, работал круглосуточно и считался главным пунктом пропуска на острове. К тому же, по слухам, его недавно расширили при поддержке ЕС, и теперь пробки стали чуть меньше.

- Только не надейся, - предупредила Элена, выруливая на объездную. - Даже после расширения очереди достигают часа. Утром особенно.

- У нас есть выбор? - спросил Янус.

- Нет.

Она припарковалась в длинной веренице автомобилей, которая тянулась от будок пограничников почти до ближайшего перекрёстка. Слева, в буферной зоне, вилась колючая проволока и маячили синие каски миротворцев ООН.

Лиса, проснувшись, высунула морду в окно и принялась с любопытством разглядывать соседние машины - в основном старые седаны с турецкими номерами, забитые покупками, и редкие внедорожники, вроде их собственного.

- Что это с ними? - спросил Янус, кивнув на одну из машин, из которой едва виднелась голова водителя из-за горы пакетов и коробок.

- Шопинг, - ответила Элена. - Инфляция на севере - почти сорок процентов. Людям выгоднее ездить за товарами на юг, даже с учётом дороги.

Она кивнула на экран телефона, где открылась статья: «В первом квартале 2026 года жители северной части впервые за всю историю стали чаще пересекать границу в сторону юга, чем греки-киприоты - на север».

- Раньше было наоборот, - сказала она. - А теперь вот.

- Война - дело дорогое, - заметил Янус.

- Не только война. Всё сразу.

Они простояли в очереди около сорока минут. Лиса успела облаять трёх кошек, пролезших под колючей проволокой, и выпросить у Януса кусочек сыра халуми, который предусмотрительно лежал в рюкзаке.

Наконец их пикап подкатил к будке. Пограничник в греческой форме бегло проверил паспорта, заглянул в салон, мазнул взглядом по Лисье, чихнул и махнул рукой.

- Prochóra.

Они пересекли буферную зону - узкую полосу земли, где стояли ржавые таблички, бетонные блоки и наблюдательные вышки ООН. На турецкой стороне процесс повторился: офицер в другой форме, другие штампы, другой язык.

- Hoş geldiniz, - сказал он, возвращая документы. - Добро пожаловать на Северный Кипр.

И они въехали в Лефкошу - турецкую часть Никосии.

Разница ощущалась сразу. Над крышами домов вздымались минареты мечетей - изящные, каменные, с узкими балкончиками, откуда муэдзины звали на молитву. Узкие улочки были заставлены припаркованными машинами, а воздух пах жареным мясом, сладостями и выхлопными газами.

- Похоже на Турцию? - спросил Янус.

- Отчасти, - ответила Элена. - Но не совсем. Здесь смесь. Турецкая культура, кипрские корни, британское колониальное прошлое. И деньги - лиры. Хотя многие берут евро.

Она свернула на широкую улицу, ведущую на север.

- Кстати, о деньгах, - добавила она. - Цены здесь в ресторанах, заметно ниже, чем на юге. Пообедать в хорошей таверне можно в два-три раза дешевле, чем в Ларнаке. Но мы сейчас не за этим.

- А за чем?

- За дорогой.

Она выехала на трассу, ведущую к Кирении - главному порту северного побережья. Вдоль дороги тянулись поля с теплицами, оливковые рощи, редкие деревушки с аккуратными домиками и неизменными мечетями. На горизонте вырастали Киренийские горы - невысокие, округлые, с тёмными провалами ущелий.

- Прямо, как в Греции, - сказал Янус.

- Только мечетей больше, - усмехнулась Элена.

Она прибавила газу, и пикап, фыркнув, понёсся на север.

Лиса, устроившаяся на коленях у Януса, одобрительно чихнула.